Гитлер ознакомился с документом, подписанным мятежным генералом,когда тяжелый июльский зной спал и примолкли уже огромные вздохиоркестров на вагнеровском народном фестивале в Байрейте; людиотдыхали, готовясь к вечерним концертам.
- Пригласите ко мне Геринга, генерала Бломберга и Канариса, -сказал Гитлер задумчиво. - Это интересный вопрос, и мы должныпринять единственно правильное решение.
Бломберг, представлявший армию, отказался высказать свое мнениепервым.
- Адмирал -истинный авторитет в испанских вопросах, - сказал он,вероятно, следует послушать его мнение.
- Мнение одно, - ответил Канарис, зная, что сейчас он выступаетпротив Бломберга, - мнение единственно разумное и н у ж н о ерейху: немедленная помощь испанским борцам против большевизма.
- Адмирал прав, - сказал Геринг, - мы таким образом поддержимсражение против Коминтерна - это первое, и, второе, получим театрдля великолепного спектакля, где стреляют не холостыми пулями, атрассирующими: я опробую в Испании мою авиацию. Маневры таят в себеэлементы игры, а сражение с республиканцами есть генеральнаярепетиция битвы, которая предстоит нам в будущем.
Назавтра в министерстве авиации был создан секретный штаб<В>. Через три дня начальник штаба <В> генерал Вильберглично отправил в Испанию первую партию <юнкерсов>. Затем вБургос был переброшен корпус <Кондор>.
Канарис занялся своим делом. В абвере был организован сектор издвух подразделений. Первое снабжало франкистов оружием через<фирму Бернгарда>, второе - через подставных лиц -<снабжало> оружием республиканцев. Но если первоеподразделение отправляло автоматы последних моделей, то второепоставляло оружие заведомо бракованное, прошедшее специальную